- Мы защищаем не только решение, но и представление о себе
- Прошлые вложения превращаются в аргумент за продолжение
- Почему умные люди тоже умеют убедительно ошибаться
- Почему чужие ошибки замечать проще
- Значит ли это, что нужно чаще менять решения?
- Последовательность — не то же самое, что верность себе
Признать ошибку бывает особенно трудно в тот момент, когда уже появились доказательства, что мы ошиблись.
Казалось бы, всё должно работать наоборот: чем больше фактов против нашего решения, тем легче от него отказаться. Но на практике иногда происходит обратное. Мы начинаем тщательнее подбирать аргументы, объяснять неудачи внешними обстоятельствами и искать причины, по которым ещё рано менять курс.
Человек купил дорогую вещь, которая оказалась неудобной, — и убеждает себя, что просто не привык. Выбрал профессию, которая не приносит удовлетворения, — и продолжает работать, потому что столько лет потрачено на обучение. Вложился в проект, который не оправдывает ожиданий, — и объясняет, что настоящий результат всегда требует времени.
Иногда эти объяснения справедливы. Но иногда за ними скрывается другой мотив: нам нужно не столько доказать, что решение хорошее, сколько избежать признания, что оно было ошибочным.
Человек купил дорогую вещь, которая оказалась неудобной, — и убеждает себя, что просто не привык. Выбрал профессию, которая не приносит удовлетворения, — и продолжает работать, потому что столько лет потрачено на обучение. Вложился в проект, который не оправдывает ожиданий, — и объясняет, что настоящий результат всегда требует времени.
Иногда эти объяснения справедливы. Но иногда за ними скрывается другой мотив: нам нужно не столько доказать, что решение хорошее, сколько избежать признания, что оно было ошибочным.
Почему так происходит?
Мы защищаем не только решение, но и представление о себе
Предположим, вы ошиблись в выборе ресторана. Ужин оказался посредственным, деньги потрачены зря. Неприятно, но завтра вы выберете другое место.
Теперь представьте, что вы несколько лет убеждали окружающих, что прекрасно разбираетесь в людях, умеете принимать решения и всегда знаете, чего хотите. А затем обнаружили, что один из важнейших выборов оказался неудачным.
Здесь на кону уже не только результат. Возникает более болезненный вопрос: если я ошибся в этом, что это говорит обо мне?
Теперь представьте, что вы несколько лет убеждали окружающих, что прекрасно разбираетесь в людях, умеете принимать решения и всегда знаете, чего хотите. А затем обнаружили, что один из важнейших выборов оказался неудачным.
Здесь на кону уже не только результат. Возникает более болезненный вопрос: если я ошибся в этом, что это говорит обо мне?
Психологи изучают подобные процессы через несколько взаимосвязанных понятий. Одно из них — когнитивный диссонанс: напряжение, возникающее, когда наши убеждения, поступки и новая информация противоречат друг другу.
Например, человек считает себя рациональным, но обнаруживает, что принял решение под влиянием эмоций. Чтобы уменьшить противоречие, он может пересмотреть представление о себе — или найти объяснение, позволяющее сохранить прежнее убеждение.
Второй путь иногда психологически легче.
Вместо «я неверно оценил ситуацию» появляется «мне просто не повезло». Вместо «я переоценил свои возможности» — «мне не дали реализовать потенциал».
Эти объяснения могут быть правдивыми. Проблема начинается тогда, когда мы выбираем их не потому, что они лучше соответствуют фактам, а потому, что они меньше угрожают нашей самооценке.
Второй путь иногда психологически легче.
Вместо «я неверно оценил ситуацию» появляется «мне просто не повезло». Вместо «я переоценил свои возможности» — «мне не дали реализовать потенциал».
Эти объяснения могут быть правдивыми. Проблема начинается тогда, когда мы выбираем их не потому, что они лучше соответствуют фактам, а потому, что они меньше угрожают нашей самооценке.
Получается любопытная вещь: иногда мы защищаем решение не потому, что уверены в его правильности, а потому, что не хотим пересматривать собственный образ.
И чем важнее решение для нашей идентичности, тем труднее бывает оценивать его беспристрастно.
Прошлые вложения превращаются в аргумент за продолжение
К психологической цене ошибки добавляется ещё одна проблема — уже вполне практическая.
Представим человека, который три года развивает бизнес. Он вложил деньги, время, силы, отказался от других возможностей. Но ожидаемого результата нет, а перспективы остаются сомнительными.
Ему трудно остановиться. Ведь тогда придётся признать, что три года не привели туда, куда он рассчитывал прийти.
Представим человека, который три года развивает бизнес. Он вложил деньги, время, силы, отказался от других возможностей. Но ожидаемого результата нет, а перспективы остаются сомнительными.
Ему трудно остановиться. Ведь тогда придётся признать, что три года не привели туда, куда он рассчитывал прийти.
И здесь возникает ловушка невозвратных издержек.
В экономике так называют затраты, которые уже понесены и не могут быть возвращены. Принимая решение о будущем, разумно оценивать прежде всего предстоящие расходы, риски и возможные результаты. Сам факт, что в прошлом потрачено много ресурсов, ещё не делает продолжение выгодным.
Но мы нередко рассуждаем иначе: «Я уже столько вложил, что не могу бросить сейчас».
В этой логике прошлые затраты словно превращаются в долг, который необходимо оправдать будущими успехами.
В этой логике прошлые затраты словно превращаются в долг, который необходимо оправдать будущими успехами.
Однако прошлое нельзя сделать более удачным, просто потратив на него ещё больше времени.
Разумеется, продолжение иногда оправданно: накопленный опыт, созданные активы и реальные перспективы могут делать следующий этап выгодным. Вопрос не в том, нужно ли всегда прекращать неудачные начинания. Вопрос в том, продолжаем ли мы потому, что у дела есть будущее, или потому, что нам тяжело признать цену прошлого.
Это два совершенно разных основания для одного и того же решения.
И если первое требует анализа перспектив, то второе требует честного разговора с самим собой.
Это два совершенно разных основания для одного и того же решения.
И если первое требует анализа перспектив, то второе требует честного разговора с самим собой.
Почему умные люди тоже умеют убедительно ошибаться
Можно предположить, что проблему решает интеллект: чем лучше человек умеет анализировать информацию, тем легче ему заметить собственную ошибку.
Но способность рассуждать и готовность пересматривать свои убеждения — не одно и то же.
Но способность рассуждать и готовность пересматривать свои убеждения — не одно и то же.
В психологии существует понятие мотивированного рассуждения. Оно описывает ситуации, в которых наши желания, цели и предпочтения влияют на то, как мы ищем, оцениваем и интерпретируем информацию.
Предположим, человек уверен, что его проект перспективен. Получив положительный отзыв, он воспринимает его как подтверждение своей правоты. Получив отрицательный, начинает искать причины, по которым отзыв не заслуживает доверия.
Возможно, критик действительно некомпетентен. Но если положительные отзывы мы принимаем без проверки, а отрицательные подвергаем перекрёстному допросу, возникает асимметрия: доказательства оцениваются не по одним и тем же правилам.
Возможно, критик действительно некомпетентен. Но если положительные отзывы мы принимаем без проверки, а отрицательные подвергаем перекрёстному допросу, возникает асимметрия: доказательства оцениваются не по одним и тем же правилам.
Интеллект в такой ситуации может не исправлять ошибку, а помогать её защищать
Чем лучше человек умеет строить аргументы, тем убедительнее порой выглядит объяснение, которое он изначально хотел найти.
Это не означает, что умные люди чаще ошибаются или что интеллект бесполезен.
Это не означает, что умные люди чаще ошибаются или что интеллект бесполезен.
Речь о другом: умение аргументировать само по себе не гарантирует объективности. Важно ещё и то, готовы ли мы применять одинаково строгие критерии к информации, которая поддерживает наши взгляды, и к информации, которая им противоречит.
Но качество аргументации ещё не гарантирует качества самого вывода.
Представьте следователя, который с самого начала решил, кто виновен. Он может быть внимательным, опытным и прекрасно знать своё дело. Но если он преимущественно ищет подтверждения первоначальной версии, даже профессионализм не спасёт его от ошибки.
Примерно так работает и мотивированное рассуждение: мы не обязательно искажаем факты сознательно. Иногда мы просто предъявляем к неудобным доказательствам более строгие требования, чем к тем, которые подтверждают наши ожидания.
В результате мы можем рассуждать вполне последовательно — внутри картины мира, которую следовало бы проверить.
Представьте следователя, который с самого начала решил, кто виновен. Он может быть внимательным, опытным и прекрасно знать своё дело. Но если он преимущественно ищет подтверждения первоначальной версии, даже профессионализм не спасёт его от ошибки.
Примерно так работает и мотивированное рассуждение: мы не обязательно искажаем факты сознательно. Иногда мы просто предъявляем к неудобным доказательствам более строгие требования, чем к тем, которые подтверждают наши ожидания.
В результате мы можем рассуждать вполне последовательно — внутри картины мира, которую следовало бы проверить.
Проблема не всегда в том, как мы думаем. Иногда — в том, какие версии мы вообще готовы рассматривать.
Почему чужие ошибки замечать проще
Есть простой способ проверить, насколько сильно на наши решения влияет личная вовлечённость.
Представьте, что близкий друг рассказывает вам ту же историю. Он несколько лет занимается бесперспективным проектом, продолжает вкладывать деньги и объясняет, почему ещё немного терпения всё исправит.
Вы, вероятно, зададите вопросы, которые сам человек давно перестал себе задавать.
Представьте, что близкий друг рассказывает вам ту же историю. Он несколько лет занимается бесперспективным проектом, продолжает вкладывать деньги и объясняет, почему ещё немного терпения всё исправит.
Вы, вероятно, зададите вопросы, которые сам человек давно перестал себе задавать.
Что изменилось за последний год?
Какие результаты подтверждают, что стратегия работает?
Что должно произойти, чтобы стало понятно, что пора остановиться?
Если бы он начинал сегодня с нуля, выбрал бы он этот проект снова?
Почему такие вопросы легче задавать другому человеку?
Одна из причин — психологическая дистанция. Чужое решение не связано напрямую с нашей самооценкой, поэтому его проще рассматривать как задачу, а не как часть собственной биографии.
Кроме того, когда мы не вовлечены эмоционально, нам легче отделить факты от надежд и оценить альтернативы.
Это не означает, что сторонний наблюдатель всегда прав. Он может не знать важных обстоятельств, недооценивать риски или слишком легко советовать то, за последствия чего не будет отвечать.
Но сама дистанция бывает полезна. Она позволяет временно выйти из привычного объяснения и посмотреть на ситуацию по другим критериям.
Кроме того, когда мы не вовлечены эмоционально, нам легче отделить факты от надежд и оценить альтернативы.
Это не означает, что сторонний наблюдатель всегда прав. Он может не знать важных обстоятельств, недооценивать риски или слишком легко советовать то, за последствия чего не будет отвечать.
Но сама дистанция бывает полезна. Она позволяет временно выйти из привычного объяснения и посмотреть на ситуацию по другим критериям.
Поэтому иногда стоит спросить себя не «как мне доказать, что моё решение было правильным?», а «какие вопросы я задал бы другому человеку на моём месте?».
Это небольшой сдвиг формулировки, но он меняет задачу. Вместо защиты уже принятого решения мы начинаем исследовать, насколько оно обоснованно сейчас.
Значит ли это, что нужно чаще менять решения?
Нет. И здесь важно не попасть в противоположную ловушку.
Если настойчивость иногда превращается в упрямство, это ещё не означает, что отказ от начатого всегда разумнее продолжения.
Сложные проекты требуют времени. Отношения переживают кризисы. Новые навыки осваиваются не сразу. Временные трудности сами по себе не доказывают, что выбор был ошибочным.
Разница заключается в том, на чём основано наше решение продолжать.
Если есть новые основания считать, что усилия приведут к результату, продолжение может быть рациональным. Если же единственный аргумент — «я уже слишком много вложил, чтобы остановиться», стоит пересмотреть критерии.
Если настойчивость иногда превращается в упрямство, это ещё не означает, что отказ от начатого всегда разумнее продолжения.
Сложные проекты требуют времени. Отношения переживают кризисы. Новые навыки осваиваются не сразу. Временные трудности сами по себе не доказывают, что выбор был ошибочным.
Разница заключается в том, на чём основано наше решение продолжать.
Если есть новые основания считать, что усилия приведут к результату, продолжение может быть рациональным. Если же единственный аргумент — «я уже слишком много вложил, чтобы остановиться», стоит пересмотреть критерии.
Полезно задать себе три вопроса:
1.Какие факты подтверждают, что выбранный путь по-прежнему имеет смысл?
2.Что я знаю сейчас такого, чего не знал, когда принимал первоначальное решение?
3.Если бы я не был связан прошлыми вложениями и ожиданиями, выбрал бы я этот путь сегодня?
Последний вопрос особенно важен. Он не требует забыть прошлое или обесценить приобретённый опыт. Он помогает не путать уже понесённые затраты с будущими возможностями.
А ещё он возвращает нам право менять решение, не объявляя всю предыдущую жизнь ошибкой.
Последовательность — не то же самое, что верность себе
Нас часто учат, что нужно быть последовательными: держать слово, не отступать от принципов, доводить начатое до конца.
И в этом есть смысл. Последовательность помогает строить долгосрочные отношения, осваивать сложные навыки и достигать целей, которые невозможно реализовать за один день.
Но последовательность может относиться к разным вещам.
Можно быть последовательным в своих ценностях, но менять способы их реализации. Можно уважать собственный труд и признавать, что выбранная стратегия не работает. Можно оставаться ответственным человеком и отказываться от обязательств, которые больше не имеют разумного основания.
Например, если человек ценит профессиональное развитие, он не обязан всю жизнь оставаться в первой выбранной профессии. Если он ценит отношения, это не означает, что он должен сохранять любую их форму независимо от обстоятельств.
И в этом есть смысл. Последовательность помогает строить долгосрочные отношения, осваивать сложные навыки и достигать целей, которые невозможно реализовать за один день.
Но последовательность может относиться к разным вещам.
Можно быть последовательным в своих ценностях, но менять способы их реализации. Можно уважать собственный труд и признавать, что выбранная стратегия не работает. Можно оставаться ответственным человеком и отказываться от обязательств, которые больше не имеют разумного основания.
Например, если человек ценит профессиональное развитие, он не обязан всю жизнь оставаться в первой выбранной профессии. Если он ценит отношения, это не означает, что он должен сохранять любую их форму независимо от обстоятельств.
Иногда верность себе требует продолжать. Иногда — пересматривать выбор.
Противоречия здесь нет. Ценности определяют направление, а решения помогают двигаться к нему. Когда решение перестаёт служить цели, его изменение может быть проявлением последовательности, а не её нарушением.
Возможно, поэтому полезно различать два утверждения: «Я хочу оставаться человеком, который не сдаётся» и «Я никогда не откажусь от того, что однажды начал».
Первое говорит о ценности. Второе превращает конкретное поведение в обязательство независимо от обстоятельств.
А обстоятельства, как известно, не обязаны уважать наши планы.
Возможно, поэтому полезно различать два утверждения: «Я хочу оставаться человеком, который не сдаётся» и «Я никогда не откажусь от того, что однажды начал».
Первое говорит о ценности. Второе превращает конкретное поведение в обязательство независимо от обстоятельств.
А обстоятельства, как известно, не обязаны уважать наши планы.
Вместо заключения
Признать ошибку трудно не только потому, что неприятно оказаться неправым. Иногда мы связываем с прежним решением слишком многое: потраченное время, собственную репутацию, отношения, профессиональную идентичность и представление о том, кем мы являемся.
Поэтому пересмотр решения может ощущаться как необходимость пересмотреть себя целиком.
Но это не одно и то же.
Неудачный выбор не отменяет приобретённого опыта. Ошибка не делает бесполезными все усилия. Изменение позиции не доказывает, что у человека нет принципов.
Напротив, способность пересматривать собственные решения позволяет отделить то, что для нас действительно важно, от способов, которыми мы когда-то пытались этого достичь.
И в следующий раз, когда вам захочется особенно убедительно доказать, что прежнее решение было правильным, попробуйте остановиться и спросить себя:
Поэтому пересмотр решения может ощущаться как необходимость пересмотреть себя целиком.
Но это не одно и то же.
Неудачный выбор не отменяет приобретённого опыта. Ошибка не делает бесполезными все усилия. Изменение позиции не доказывает, что у человека нет принципов.
Напротив, способность пересматривать собственные решения позволяет отделить то, что для нас действительно важно, от способов, которыми мы когда-то пытались этого достичь.
И в следующий раз, когда вам захочется особенно убедительно доказать, что прежнее решение было правильным, попробуйте остановиться и спросить себя:
Я сейчас оцениваю факты — или ищу аргументы, которые позволят мне не менять мнение о самом себе?
Не обязательно, что ответ потребует немедленно что-то менять. Возможно, ваше решение действительно обоснованно.
Но если оно выдерживает проверку не только тогда, когда вы его защищаете, но и тогда, когда вы пытаетесь его опровергнуть, у него появляется нечто более ценное, чем ваша уверенность.
Но если оно выдерживает проверку не только тогда, когда вы его защищаете, но и тогда, когда вы пытаетесь его опровергнуть, у него появляется нечто более ценное, чем ваша уверенность.
У него появляется основание.
Увидеть то, что не попадало в поле зрения
1 октября на открытом мастер-классе «МАК-карты и расстановки: новый взгляд на сложную ситуацию» участники смогут взять собственный вопрос и посмотреть на него с другой точки зрения.
1 октября | 18:30 мск Открытый онлайн-мастер-класс Светланы Боргун.
- МАК-карты помогают заметить собственные ассоциации, реакции и смыслы.
- Расстановочный подход — увидеть отношения между элементами ситуации и то, что меняется при изменении позиции.
1 октября | 18:30 мск Открытый онлайн-мастер-класс Светланы Боргун.
🎓 Светлана Боргун — практикующий психолог, работающий с системными процессами, психосоматикой и стратегиями поведения.
В фокусе — не отдельные техники, а понимание того, как устроены реакции, решения и состояния, и как с этим работать.
В фокусе — не отдельные техники, а понимание того, как устроены реакции, решения и состояния, и как с этим работать.